Блог Йода, Общество мертвых доцентов

Оригинал текста на Йоде

Итоги года слияний и поглощений в образовании вызывают неоднозначные оценки. За последние два года министерство провело реорганизацию и объединение 22 вузов. Почти в 300 филиалах прекратился приём студентов на программы высшего образования. Только в Москве и Подмосковье в июле 2014 года Рособрнадзор запретил пяти вузам набирать студентов на новый учебный год.

Среди них — Институт практического востоковедения, который был создан почти 20 лет назад на базе крупнейшего в России центра по исследованию Востока — Института стран Азии и Африки МГУ.

Увольнение преподавателей — сейчас самый болезненный вопрос для высшей школы. Ещё в 2010 году министерство образования и науки прогнозировалосокращение количества студентов с 7,5 млн до 4,5 млн человек к 2013 году. То есть без работы с 2011 по 2015 должны были остаться около 100 тысяч преподавателей вузов.

По данным профсоюза работников высшей школы «Университетская солидарность», сокращения преподавателей в этом году проводили в Государственном университете управления (ГУУ), Московском государственном университете печати (МГУП), Российском государственном гуманитарном университете (РГГУ), Дальневосточном гуманитарном университете в Хабаровске, Казанском федеральном университете и других вузах.

Преподаватели Московского государственного педагогического университета (МГПУ) написали петицию на имя президента, где сообщили, что «с тревогой ожидают обещанный администрацией вывод за штаты в связи с реорганизацией вуза» — в июле они получили уведомление о возможном сокращении штата.

Массовые сокращения готовили и в МГУ. Об этом в прошлом году публичнозаявила инициативная группа преподавателей вуза. По словам участника профсоюза «Университетская солидарность» и преподавателя математики МГУ Михаила Лобанова, администрация МГУ не захотела скандала в самом известном российском университете и прекратила увольнения. «У нас сейчас нет таких серьёзных проблем, как в других вузах. Преподавателей не сокращают, не увеличивают сильно нагрузку. По крайне мере, пока», — говорит Лобанов.

Точных данных о количестве уволенных за последние два года нет. В профсоюзе работников высшей школы утверждают, что только за последний год тысячи преподавателей были сокращены или переведены на меньшую ставку. Накануне нового учебного года министр образования и науки Дмитрий Ливанов заявил, что вузы будут продолжать реорганизовывать, а преподавателей — сокращать.

Профессиональные заслуги не учитывали

Ольга Ролдугина — бывший доцент кафедры философии ГУУ и мать троих детей. Этим летом её уволили по сокращению штата. В университете она проработала 16 лет.

В 2012 году ГУУ попал в список неэффективных вузов, и его планировали реорганизовать. Преподавателей и студентов возмутило, что решение о слиянии вуза с Российской академией народного хозяйства и госслужбы было принято без их участия, и начали устраивать акции протеста. После этого Дмитрий Ливанов сказал, что слияние станет возможным только по доброй воле университетов.

Однако в мае этого года 900 человек — почти весь преподавательский состав ГУУ — получили уведомление о сокращении. В результате уволили 200 преподавателей, в том числе Ролдугину.

— В первую очередь избавились от тех, кого было просто уволить с юридической точки зрения: контрактников, совместителей. Профессиональные заслуги, на мой взгляд, не учитывали. На улице оказались и молодые преподаватели, и доктора наук, которые двадцать лет отдали вузовской работе. Социальный фактор, по моему мнению, тоже не принимали во внимание. У меня, например, трое несовершеннолетних детей, — рассказывает Ольга.

Некоторым из уволенных предложили возобновить сотрудничество с вузом, но на основании гражданско-правового договора, который не подразумевает оплачиваемый отпуск или больничный. Другим предложили перейти на меньшую ставку с сокращённой зарплатой. По словам Ролдугиной, «многих такой вариант не устроил, и они начали искать работу вне вузовской системы».

Сейчас она оспаривает решение об увольнении в суде. «В отделе кадров предупредили, что если даже суд восстановит меня на кафедре, работать будет трудно», — говорит Ролдугина, — «могут не платить надбавки, могут сделать расписание крайне неудобным… У администрации есть много возможностей осложнить жизнь преподавателю».


Перепрофилировать невозможно

Доцент кафедры теории и практики государственного управления ВШЭ Павел Кудюкин подтверждает: очень часто в процессе реорганизации и оптимизации работы вузов преподавателям так ухудшают условия работы, что они сами вынуждены уходить.

— Президент и министр образования неоднократно ставили задачу повысить зарплаты вузовским преподавателям. Зарплату повышают, правда, увеличивая объём работы, — рассказывает Кудюкин.

По его словам, сейчас нагрузка у преподавателей — 1500 часов в год. Из них тысячу часов выделяют на работу в аудитории. Времени на индивидуальную работу со студентами, подготовку публикаций в научных изданиях и повышение собственного образования не остаётся совсем. Формально зарплаты растут, но оплата единицы трудовых усилий становится меньше. Кроме того, преподавателей загружают бюрократической работой.

— Очень странно сочетается в реформах министерства образования коммерциализация и бюрократизация преподавательской деятельности. Нас заставляют писать большое количество отчётов, которые чиновники даже не читают. Думаю, будет отток квалифицированных кадров из вузов«, — уверен Кудюкин.

Для Ольги Ролдугиной восстановление в вузе — вопрос принципа. «Я 16 лет изо всех сил работала, в том числе занималась организацией получения грантов для нашей кафедры. Кроме того, как многодетная мать я имею преимущественное право остаться на работе», — говорит она. По словам Ольги, только двое из 200 сокращённых коллег подали в суд на ГУУ.

— Люди, которые 30-40 лет работали в вузах, оказались на улице. Со стороны правительства не делается ничего, чтобы помочь профессорам, потерявшим работу в университетах, адаптироваться к рынку труда, — возмущается Ролдугина.

Основатель рекрутингового агентства «Pruffi» Алёна Владимирская говорит, что с начала этого учебного года к ней стали обращаться за консультациями вузовские преподаватели. Некоторые уже потеряли работу, другие говорят, что в их вузе «творится нехорошее», и они хотят попробовать себя в чём-то другом.

Алёна Владимирская, ОСНОВАТЕЛЬ РЕКРУТИНГОВОГО АГЕНТСТВА «PRUFFI»:

«Преподавателям неловко признаваться, что они остались без работы, несмотря на учёные степени и огромный опыт. Им сложно помочь. Если преподавателю больше 40 лет, и у него есть научные степени, то перепрофилировать его почти невозможно. Пока я не вижу целостной картины последствий реформирования высшей школы, но создаётся ощущение, что благими намерениями выложена дорога в ад.

Увольнения преподавателей — следствие уменьшение числа вузов. Безусловно, «чистка» высшей школе необходима. Действительно, многие вузы выдают дипломы, которые студент может получить, не прикладывая почти никаких усилий. В результате на рынок труда выходят экономисты и юристы, чьи знания не представляют никакого интереса для работодателя. От таких вузов надо избавляться. Но что взамен? Сейчас нет системы техникумов, которая давала бы качественное и современное образование с учётом потребностей бизнеса. Очень нужны техникумы, где можно овладеть «простым программированием» или «средней бухгалтерией» — получить навыки, которые нужны рынку и не требуют длительного обучения.

Очевидно, что высшее образование становится менее доступным. Что теперь будут делать молодые люди, которые не пройдут по конкурсу в университет, институт или академию? Хорошую работу им найти будет сложно, и, честно говоря, в 17-18 лет человек ещё слишком молод, чтобы определиться со своей профессией. Учёба в вузе не столько определяет род занятий на всю жизнь, сколько социализирует, помогает понять себя и выбрать правильный профессиональный путь».


Сокращения — естественный процесс

Исак Фрумин, НАУЧНЫЙ РУКОВОДИТЕЛЬ ИНСТИТУТА РАЗВИТИЯ ОБРАЗОВАНИЯ ВШЭ:

«Если из-за демографического кризиса сокращается количество студентов, значит, уменьшается количество профессоров. Кроме того, действительно, в ряде вузов требование правительства повысить зарплату привело к сокращению ставок из-за нехватки бюджетных средств на решение этой задачи. Но отдельные ошибки не означают, что выбран неверный курс».

Он уверен, что реорганизация вузов происходит в интересах студентов. В качестве примера он приводит слияние РГТЭУ с РЭУ им. Плеханова. Студенты РГТЭУ в декабре 2012 года в ответ на решение реорганизовать их вуз устроилимассовый митинг. Помимо этого, они строили баррикады, выступали с трибуны в актовом зале и привлекали к своим акциям лидеров оппозиции.

В результате ректора РГТЭУ Сергея Бабурина уволили, а вуз присоединилик «Плешке».

— Студенты РГТЭУ активно возмущались реорганизацией вуза, который давал слабые знания. После слияния студенты РГТЭУ получают диплом престижного РЭУ Плеханова. Ряд решений носит слишком технократический характер, — говорит Фрумин. — Но в целом меры по развитию образования ориентированы верно».

— Есть, например, коммерческие вузы, которые берут с клиентов за свою деятельность большие деньги. А работают так: снимают маленький офис в бизнес-центре, хранят там бумаги. Обучают студентов только дистанционно. Или, например, в некоторых негосударственных вузах в качестве лекции ставят магнитофонную запись. Зачем нужны такие вузы и такие преподаватели? — говорит заместитель директора Института развития образования ВШЭ Ирина Абанкина.

Профессора утверждают, что основная цель реформ высшей школы — повышение качества образования.

— Да, есть проблемы. Например, сокращение совместителей. Например, повышение стоимости обучения. На мой взгляд, это повышение произошло слишком резко, — говорит Фрумин. — Но всё равно Россия входит в пятёрку стран с самым доступным высшим образованием. Меньше образованных людей из-за реорганизации вузов не станет. А выпускников, чьи дипломы будут подкреплены серьёзными знаниями по выбранной специальности, будет больше.


Дебет и кредит

Павел Кудюкин считает, что в результате сокращения преподавателей вузов качественное высшее образование будет доступно только избранным, а остальным — как получится.

— Происходит социальная сегрегация образования. Элитарные университеты не смогут существовать без опоры на хорошее массовое образование. Основная задача, которую ставит перед высшей школой министерство образования и науки, звучит так — повысить эффективность бюджетных расходов. Дмитрий Ливанов продолжает дело, которое начал ещё его предшественник Владимир Филиппов, — говорит Кудюкин. — Образование неумолимо становится рыночной отраслью, которая поставляет услуги, главным образом, платные. И оценивает результаты по принципу «как сходится дебет с кредитом». Сомневаюсь, что это правильный подход к образованию. Учёба в вузе — не только возможность получить профессию, способную прокормить в будущем, но и социализацию, и повышение уровня общей культуры. Не зря даже на низкие должности работодатели предпочитают брать людей с высшим образованием. Даже плохонькое высшее образование упорядочивает умственную деятельность.

Снижение числа абитуриентов — временное явление, уверен Кудюкин. По его мнению, количество абитуриентов начнёт расти уже после 2018 года. К тому времени многие уволенные преподаватели уйдут в другую сферу,а заменить их будет некому. Для того, чтобы стать профессором нужны долгие годы постоянного обучения. Так что восполнить дефицит университетских преподавателей будет очень трудно.

Дарина Шевченко
Читайте нас в ТвиттереФейсбукеВКонтакте

Источник: «Эхо Москвы»
Опубликовано автоматически, мнение администратора сайта может не совпадать с мнением автора.

5.00 avg. rating (89% score) - 1 vote

Рубрика: "Эхо Москвы"